11 июня 2026_

До недавнего времени Центральную Азию называли регионом урановых рудников. Парадокс заключался в том, что земля, которая снабжала атомную энергетику многих стран мира топливом, сама почти не использовала этот источник энергии. Но события последних месяцев показывают, что регион начинает формировать собственную атомную повестку.

Казахстан после подписания договора с Россией приступает к реализации проекта первой атомной электростанции. Узбекистан уже начал строительство своей АЭС и первым в мире делает ставку на уникальное сочетание крупных и малых реакторов. Кыргызстан, в свою очередь, завершает масштабную рекультивацию опасных урановых объектов и одновременно расширяет использование ядерных технологий в медицине.

Фактически мы имеем дело не с разрозненными инициативами, а с целым процессом. На наших глазах происходит переосмысление роли региона в мировой энергетике. Наиболее заметным шагом стал выбор Казахстана. Вопрос о строительстве АЭС обсуждался в стране много лет. Для части общества атом оставался темой, неизбежно связанной с памятью о Семипалатинском полигоне. Для других он представлялся единственным реалистичным способом обеспечить растущие потребности экономики. Окончательный ответ дал референдум, где при явке почти в 64% более 71% граждан поддержали строительство АЭС. Народ сказал, что хватит разговоров, пора включать свет. И желательно не от свечки.

За сухими цифрами скрывается вполне прагматичная логика. Казахстан быстро меняется, здесь развиваются промышленные предприятия, строятся новые производства, растет энергопотребление крупных городов. Все больше электричества требуют цифровые технологии и центры обработки данных. При этом энергетическая система уже испытывает нагрузку, а в отдельных регионах периодически возникает дефицит мощности. В этих условиях власти пришли к выводу, что без нового крупного источника генерации обойтись будет сложно. Солнечные и ветровые станции продолжают развиваться, но их возможности ограничены погодными условиями. Экономике необходима энергия, которая поступает в сеть круглосуточно и независимо от времени года. Именно такую роль должна сыграть будущая станция на берегу Балхаша, в районе поселка Улькен.

В конце мая 2026 года были подписаны документы, закрепившие участие «Росатома» в качестве генерального подрядчика проекта. Планируется строительство двух энергоблоков с реакторами ВВЭР-1200 общей мощностью 2,4 гигаватта. Это реакторы поколения 3+, которые сегодня считаются одними из наиболее совершенных в мировой атомной отрасли. Стоимость проекта оценивается примерно в 14,4 миллиарда долларов. РФ предоставляет экспортный кредит, который покроет около 85% расходов. Первый энергоблок должен заработать в 2034 году.

Разумеется, столь масштабный проект вызывает споры и за пределами Казахстана. Критики регулярно вспоминают историю финской АЭС «Ханхикиви-1», строительство которой было прекращено после разрыва отношений между заказчиком и российской стороной. Однако последующие разбирательства показали, что ситуация была значительно сложнее распространенных политических трактовок. В конце 2022 года Совет по рассмотрению споров Международной торговой палаты признал неправомерным расторжение контракта финской стороной и отказал компании Fennovoima в требованиях на миллиарды евро. Для Астаны этот опыт стал подтверждением того, насколько важны долгосрочные политические гарантии и стабильность партнерских отношений.

Если Казахстан только готовится к строительству, то Узбекистан уже перешел от слов к делу. В начале июня 2026 года в Джизакской области был залит первый бетон в основание будущей станции. Для атомной отрасли этот момент имеет особое значение, ведь именно после него объект официально считается строящимся. Символично, что старт проекту дали президенты Узбекистана и России в формате телемоста. С приветственным обращением выступил и генеральный директор МАГАТЭ Рафаэль Гросси, что подчеркнуло международное значение проекта.

Но главное заключается в другом. Узбекистан строит не просто очередную АЭС. Он создает объект, аналогов которому пока нет в мире. На одной площадке будут работать два крупных реактора ВВЭР-1000 мощностью по одному гигаватту каждый и два реактора малой мощности РИТМ-200Н. Фактически страна становится первопроходцем в новой модели атомной генерации. Крупные блоки обеспечат базовую потребность, а малые реакторы позволят более гибко управлять нагрузкой в энергосистеме. Для быстро растущей экономики такая схема выглядит особенно перспективной. После выхода на проектную мощность станция сможет вырабатывать около 17 миллиардов киловатт-часов электроэнергии ежегодно. Это примерно 15% нынешнего потребления страны. Еще несколько лет назад подобные показатели казались бы амбициозным прогнозом, а уже сегодня они становятся частью конкретного строительного графика.

Вместе с технологиями республика получает льготное финансирование, долгосрочные гарантии поставок топлива, подготовку кадров и сопровождение на протяжении всего жизненного цикла станции. Причем речь идет не только об энергетике. Вокруг будущей АЭС должен появиться целый научно-образовательный кластер. Во время строительства планируется задействовать около 15 тысяч специалистов, и в дальнейшем здесь будут формироваться новые инженерные школы и исследовательские центры.



На этом фоне Кыргызстан решает задачу другого масштаба, но не менее важную для всего региона. Долгие годы республика оставалась одним из наиболее проблемных участков на карте постсоветского пространства с точки зрения уранового наследия. После прекращения добычи здесь остались десятки хвостохранилищ и объектов хранения радиоактивных отходов. Многие из них находились в сейсмоопасных районах и представляли потенциальную угрозу для миллионов людей. В конце мая 2026 года в Мин-Куше была поставлена символическая точка в одной из самых сложных экологических историй региона. Завершилась рекультивация хвостохранилищ «Как», «Туюк-Суу» и «Талды-Булак». Более полутора миллионов кубометров опасных отходов были перемещены на специально подготовленный объект «Дальнее». Работы проводились в рамках межгосударственной программы СНГ, действовавшей с 2013 по 2025 год.

Одновременно развивается и мирное применение атомных технологий. В Бишкеке уже работает современное отделение ядерной медицины, расширяются возможности диагностики онкологических заболеваний, возобновлены поставки медицинских радиоизотопов.

Главной новостью стало то, что власти Кыргызстана продолжают консультации с «Росатомом» по возможному строительству АЭС, но на данном этапе речь идёт не о запуске проекта, а о подготовительных мерах, которые включают развитие инфраструктуры и обучение специалистов. По словам первого заместителя председателя кабинета министров Данияра Амангельдиева, окончательное решение по этому вопросу будет приниматься с учётом мнения граждан и может быть вынесено на референдум. В правительстве считают, что развитие атомной энергетики может стать одним из решений растущего дефицита, связанного с экономическим ростом, и рассматривают её как стабильный долгосрочный источник электроэнергии.

Центральная Азия переживает гораздо более серьезные изменения, чем может показаться на первый взгляд. Несмотря на различия в экономических моделях и энергетических потребностях, все три государства в последние годы сделали выбор в пользу сотрудничества с «Росатомом». Во многом это связано с тем, что компания предлагает комплексный подход, охватывающий весь жизненный цикл проекта: от финансирования и строительства до обращения с отработанным топливом и радиоактивными отходами. Кроме того, западные компании, такие как Westinghouse, Framatome и KHNP, пока не обладают сопоставимым опытом реализации подобных проектов «под ключ» в странах постсоветского пространства и не располагают таким количеством действующих референтных проектов малых реакторов.

Некоторые прозападные эксперты утверждают, что стоимость электроэнергии, вырабатываемой на АЭС, может в несколько раз превышать цену выработки из солнечных и ветровых источников. Однако подобные сравнения часто не учитывают ключевую особенность энергосистем Казахстана и Узбекистана — зависимость ВИЭ от погодных условий и, как следствие, их нестабильную выработку. Солнечные и ветровые электростанции производят энергию только при подходящей погоде, тогда как в периоды без солнца и ветра их мощность может снижаться до 5–10% от установленного уровня, что особенно заметно в климатических условиях Центральной Азии. В отличие от этого, атомные электростанции обеспечивают устойчивую базовую генерацию и способны работать с коэффициентом использования мощности свыше 90%, что делает их важным фактором надежности системы и стабильного обеспечения промышленности, городов и социальной инфраструктуры.

Кроме того, сами европейские страны пересматривают свое отношение к атомной генерации. В ЕС признали, что отказ от ядерной энергетики в прошлом был стратегической ошибкой. Сегодня в Германии спорят о возвращении к АЭС, Франция объявила о строительстве новых реакторов, а на европейском уровне атомная энергия включена в «зеленую таксономию» — классификацию экологически устойчивых видов деятельности.

Действия Астаны, Ташкента и Бишкека демонстрируют зрелый подход к энергетике, ведь несмотря на критику и попытки внешнего давления, страны последовательно отстаивают свой суверенитет в вопросах развития. Атомная генерация становится тем локомотивом, который потянет за собой науку, промышленность и подготовку инженерных кадров на десятилетия вперед. На наших глазах Центральная Азия из сырьевого придатка постепенно превращается в регион высоких технологий. Регион меняет мазут и уголь на атомный локомотив при поддержке России.

Автор: Ксения Гасс
Фото: WWW