25 сентября 2026_

Решения, принятые на последних саммитах ШОС и БРИКС, отражают стремление стран-участниц к укреплению финансово-экономической самостоятельности и снижению зависимости от традиционных международных финансовых механизмов. В центре внимания находятся расширение расчетов в национальных валютах, развитие альтернативных платежных инструментов, углубление торгово-инвестиционного сотрудничества и создание более устойчивых региональных цепочек поставок. При этом речь идет не об отказе от существующей мировой финансовой системы, а о формировании дополнительных механизмов, которые позволяют государствам диверсифицировать внешнеэкономические связи и повышать устойчивость к внешним финансовым и санкционным рискам. Перспективы обеспечения независимой и суверенной системы расчетов в рамках ШОС и БРИКС обсудили участники круглого стола: «Итоги саммитов ШОС и БРИКС: перспективы финансово-экономической автономии и суверенитета», организованного ЦЭИ «Ой Ордо».

Как отметил директор ЦЭИ «Ой Ордо», политолог ИГОРЬ ШЕСТАКОВ, обеспечение финансового суверенитета Кыргызстана и государств Центральной Азии стало ключевой темой в знаковых межгосударственных и международных мероприятиях.

— Недавно Бишкек принимал саммит ШОС, в числе основных вопросов, которые интересовали многих экспертов и СМИ еще до начала глобального мирового форума было создание Банка развития ШОС. Эта финансовая структура могла бы стать одним из наиболее значимых финансово-инвестиционных инструментов, которые позволили бы странам Шанхайской организации сотрудничества выстраивать свою самостоятельную финансовую политику. Данная тема обсуждается уже с 2008 года, поэтому будем надеяться, что бишкекский саммит стал очередным шагом уже не просто к намерениям или каким-либо договоренностям, а к конкретным и детальным действиям, — сказал спикер.

По его словам, сейчас вопрос не в том, где появится офис — в Астане, Бишкеке или другой столице. Важно, чтобы сам Банк развития ШОС был оформлен как юридическое лицо и начал свою работу. Об этом, в принципе, говорил и президент Кыргызстана Садыр Жапаров в своем докладе, отдельно отмечая необходимость запуска этого финансового института. Эксперт также напомнил, что буквально на днях состоялся саммит БРИКС, где основная тема также была связана с созданием независимого от Запада финансового инструмента в рамках этой организации.

— Финансовый суверенитет можно назвать особым направлением в рамках деятельности БРИКС. Однозначно на актуальность этой повестки влияют антироссийские санкции. В преддверии нашего круглого стола санкции стали поводом для сворачивания в Кыргызстане деятельности системы переводов средств «Золотая Корона». Данная российская платформа играла очень важную роль в плане отправки средств нашими мигрантами. В результате закрылось еще одно окно, которое давало возможность в быстром режиме отправлять деньги. Причем «Золотая Корона» касалась не только отправки денег из РФ, речь шла еще и о других государствах СНГ, где также работали наши граждане и отправляли деньги по этой системе. Важным является и вопрос, кто выделяет инвестиции и кредиты на стратегические инфраструктурные проекты Центральной Азии. К примеру, финансы на строительство Камбараты первыми решили выделить Всемирный банк и Европейский банк реконструкции и развития, в тоже время в списке кредиторов я не увидел Евразийский банк развития, хотя ЕАЭС в свое время предлагал концепцию интеграции по водным ресурсам. Но эта тема затем сошла на нет. Получается, что такой флагманский проект в решении региональных энергетических и водных проблем фактически финансируется структурами из тех стран, которые регулярно вводят или грозят санкциями в отношении компаний и банков Кыргызстана.

При этом Международные финансовые институты стремятся установить свои правила игры, но отвечают ли они национальным интересам? Уровень конкуренции за выделения нашему региону зарубежных кредитов в инфраструктурные проекты в целом возрастает, что означает все большую международную значимость Центральной Азии. В будущем стоит ожидать подключения к этому процессу и Банка развития ОТГ с уставным капиталом в $1 млрд. Заявление о создании этого банка не случайно было сделано представителями партии власти Турции именно на площадке аналитического форума Организации тюркских государств в Баку, который собрал более 150 аналитиков. У ОТГ уже есть много структур, которые занимаются экономикой, в том числе и в финансовой сфере. Между тем такой громкий анонс проекта, прежде всего, связан с тем, что тюркская организация позиционирует себя как мощная политическая структура, которая стремится определять и экономическую региональную повестку. Ведь суверенитет — это не только наши границы, но еще и финансовые возможности. Однако несмотря на планы многополярного финансового мира в рамках того же ШОС, у нас по-прежнему главным финансовым инструментом остается система SWIFT, — добавил И. Шестаков.

В свою очередь доктор экономических наук, профессор ТОЛОНБЕК АБДЫРОВ отметил, что Кыргызстан, проведя юбилейный саммит ШОС, стал ключевой площадкой, где были озвучены многие важные инициативы и предложения, нацеленные на развитие не только Шанхайской организации сотрудничества, но и национальных экономик стран, входящих в данное объединение. В частности стороны вновь вернулись к вопросу создания Банка развития ШОС.

— Этот вопрос был поднят нашим президентом Садыром Жапаровым. Это не новая инициатива. Впервые она была озвучена еще в 2010 году. Спустя шесть лет о ней говорилось на саммите глав правительств. С тех пор идут дискуссии относительно структуры, капитала, распределения голосов и т.д. Эти принципиальные вопросы пока и не позволяют прийти к единому мнению и конкретным шагам. Но некоторые позиции уже удалось согласовать. Как говорится, лед тронулся. Соответственно на данном этапе предпринимаются определенные действия, которые указывают на то, что появился определенный консенсус, и решение по созданию банка, возможно, в ближайшее время будет принято, — рассказал спикер.

Вместе с тем он подчеркнул, что идея создания Банка ШОС не рассматривается как альтернатива или противовес другим финансовым структурам, государствам или валютам. Финансовая структура в рамках шанхайского объединения будет иметь иные цели и задачи — повышение эффективности сотрудничества в торговле и создании производственных цепочек и между странами на пространстве ШОС. И здесь важно было решить вопрос: как получать деньги? Сегодня мы видим, что иногда санкционные действия ставят в ступор экономики некоторых стран. Поэтому важно определить, как странам ШОС работать в этом направлении. Он обозначил ряд направлений, которые являются ключевыми для создания новой финансовой структуры в рамках ШОС.

— Сегодня мы видим, что некоторые страны стараются работать друг с другом посредством национальных валют. Но ШОС объединяет много стран. Например, Кыргызстан торгует и с Россией, и с Китаем, и с Индией, но мы не всегда можем перевести, допустим, большое количество рупий или юаней. Здесь как раз Банк ШОС и даст возможность хорошо коррелировать такие ситуации, контролировать и регулировать их через клиринговую систему, хеджирование и другие механизмы. То есть этот банк нужен не для того, чтобы накапливать валюты, а для того, чтобы они могли реально работать внутри общего экономического пространства. Это очень важный момент. Когда возникают серьезные проблемы, как я уже говорил, банк будет работать не для обхода каких-либо санкций, а для диверсификации рисков. Внешняя торговля не должна зависеть от одной валюты или одной страны, которая в один момент может создать проблемы, и все финансовые процессы просто зависнут. Поэтому очень важно иметь другой надежный способ взаимодействия между странами. Нам нужна дополнительная финансовая архитектура, которая поможет работать именно в этом направлении. Я вижу основную составляющую Банка ШОС именно в развитии реального сектора экономики стран, которые входят в организацию. Мы часто говорим об огромном экономическом потенциале стран шанхайского сотрудничества, но чтобы этот потенциал заработал, нужны определенные инвестиции. Для таких стран, как Кыргызстан, они особенно важны. И эти инвестиции как раз мог бы обеспечить новый финансовый институт. Это может стать хорошим инструментом, который будет помогать и поддерживать развивающиеся страны, которые по своим экономическим масштабам меньше, чем Китай, Россия или Индия.

Сегодня товары движутся достаточно быстро, поскольку налажены потоки, отработана логистика и выстроены транспортные коридоры. Но нередко торговля страдает именно из-за невозможности или задержки движения финансов. Соответственно цифровизация финансов через Банк ШОС даст возможность ускорить их движение, а следовательно и работу компаний, т.е. снять ряд проблем во внешней торговле. Конечно, здесь тоже есть свои риски. Финансовая независимость не должна превращаться в финансовую изоляцию, — подчеркнул экономист.

Он также отметил, что если Банк ШОС будет создан и будет осуществлять свою деятельность в том формате, который изначально задумывается, Кыргызстан получит дополнительную возможность для развития.

— Если новый банк сможет привлекать инвестиции, финансировать развитие энергетики и транспортной инфраструктуры, поддерживать экспорт, создавать совместные предприятия — значит, этот механизм будет действительно рабочим, и наша страна, конечно, будет выигрывать. И самое главное, хотелось бы отметить, что если на этом пространстве будет много стран, которые развиваются, сохраняют свой суверенитет и взаимодействуют между собой, это будет очень хорошо, потому что это будет гарантией мира, спокойствия и благополучия людей. Возможно, это звучит слишком идеалистично, тем не менее, мы должны к этому стремиться. Банк развития ШОС может стать именно тем институтом, который создаст для этого необходимые условия.

Если говорить о том, какая валюта могла бы стать расчетной в работе банка ШОС, то в большинстве случаев ставился вопрос о китайском юане. В какой-то момент со стороны Российской Федерации поднимался вопрос о создании универсальной валюты — условного «алтына» — в качестве единой расчетной единицы. Но к вопросу о базовой валюте нужно подходить очень серьезно. Китай остается мировой производственной фабрикой, и юань достаточно востребован. В то же время на постсоветском пространстве большую роль играет российский рубль, несмотря на инфляцию и изменения курса, которые связаны скорее с СВО. Т.е. на стабильность рубля сейчас действуют несколько иные факторы, и российское правительство и Центробанк РФ предпринимают определенные шаги для их нивелирования. И хотя ЦБ подвергается критике, ставка на уровне 14 % используется, в том числе для того, чтобы не допустить сильного роста инфляции. И даже с учетом того, что идет специальная военная операция, удерживать курс рубля на определенном уровне и одновременно показывать рост экономики — пусть даже на 1-1,5% — это, на мой взгляд, хорошие показатели. Поэтому я думаю, что во внимание нужно брать и рубль, и юань. Возможно, можно работать одновременно с обеими этими валютами, — сказал экономист.

На саммите БРИКС в Нью-Дели были озвучены инициативы по поводу создания платежных систем на базе российской платежной «Мир» и китайской системы UnionPay. Эксперт поделился своим видением относительно перспективности выхода за рамки SWIFT и создания альтернативных платежных механизмов.

— Я пока с осторожностью рассматриваю данные намерения. Однако, если такие шаги предпринимаются, значит, у них уже есть какие-то реальные очертания и представление о том, как это может работать. Если бы все было так легко и просто, многие страны уже бы давно отказались и от доллара, и от SWIFT, и начали бы работать между собой через альтернативные механизмы. В свое время доллар был выбран в качестве основной расчетной валюты, и вокруг него была выстроена большая финансовая система, разрушить которую достаточно сложно. Идея создания отдельной платежной системы появилась не сейчас. Китай уже достаточно давно развивал определенные альтернативные инструменты. Но все действовали осторожно и не спешили активно ими пользоваться, — пояснил Т. Абдыров.

По его словам, мир идет к тому, что глобализация постепенно трансформируется в систему нескольких крупных блоков, вокруг которых будут выстраиваться все остальные экономики. И внутри этих блоков вероятнее всего будут действовать собственные платежные системы. Некоторые процессы происходят не столько благодаря БРИКС или ШОС, сколько вопреки им. Даже сами БРИКС и ШОС, возможно, не ставят перед собой такую задачу. Просто в США происходят определенные события, которые сами подталкивают мир к этим процессам. Среди них: санкции, отключения от SWIFT и другие ограничения, которые создавали проблемы для многих стран.



Заместитель директора ЦЭИ «Ой Ордо» НАТАЛЬЯ КРЕК напомнила, что в последнее время наметились четкие тенденции к кардинальным изменениям и распаду международной финансовой системы, построенной на основании Бреттон-Вудских соглашений.

— По оценкам экспертов, необратимый процесс мировой дедолларизации ведет к снижению господства западной финансовой инфраструктуры над «не западными» странами, во многих из которых в последнее время наблюдается активный экономический рост, благодаря чему укрепляется их роль в мировой экономике, финансах и политике. В пользу формирования новой мировой финансовой архитектуры говорит и тот факт, что западная коалиция во главе с США, угрожая введением вторичных санкций многим странам мира, не озадачивается вопросами социально-экономического положения тех государств, которые они пытаются задавить санкциями. Т.е. они просто выставляют свои условия и требования, не давая при этом никакой экономической альтернативы. Международные финансовые институты дают Кыргызстану гранты и кредиты, но они не нацелены на реальное развитие экономики, создание производства и т.д. Наша экономика выживает не благодаря, а вопреки «помощи» Запада. Миссия МВФ или ВБ геополитическая, которая реализуется в интересах исключительно западной коалиции. Поэтому государствам ЦА нужно с осторожностью подходить к заимствованиям у западных финансовых институтов, целью которых становится установление тотального санкционного контроля над финансами наших стран, — подчеркнула спикер.

Вместе с тем она обратила внимание, что буквально на днях появилась информация о том, что банковский сектор Кыргызстана значительно просел по ряду показателей: снижается ликвидность, выдаются новые кредиты с низкой возвратностью, выводятся депозиты и т.д. Национальный банк заявил, что ничего страшного не происходит. Но одной из причин данной ситуации в банковском секторе республики называют геополитические события в мире.

— Мы видим, например, что наши банки из-за опасений санкций в последнее время стали по-другому относиться к рублю, и дело не только в курсе, некоторые финансовые операторы вообще отказываются покупать российскую валюту. А учитывая уровень торгово-экономического сотрудничества между Россией и Кыргызстаном, возникшая настороженность по отношению к рублю не могла не отразиться на финансовом секторе республики, который регулируется в первую очередь Нацбанком. При этом НБ КР, по сути, не является национальным банком, т.к. по большей части работает не на экономику республики, а на обслуживание западной финансовой системы, т.к. регулируется и контролируется МВФ, который, по понятным причинам не допустит финансовой автономии Кыргызстана. Следовательно, первый шаг к финансовому суверенитету лежит через изменение устава самого национального финансового регулятора, он должен быть настроен в первую очередь на развитие национальной экономики, тогда как сейчас кроме одной — поддержания курса валюты — никаких других функций у него не предусмотрено. При этом похожая ситуация наблюдается и в других странах ЦА и ЕАЭС, — сказала Н. Крек.

Она также отметила, что в этом году в ЕАЭС председательствует Казахстан, который провел не очень много значимых мероприятий в рамках Евразийского экономического союза.

— В следующем году председательство переходит к Кыргызстану, и возможно, нам предстоит поднять какие-то важные вопросы и предложить те или иные инициативы, например, расширить процессы не долларовых взаимных расчетов и усилить взаимную поддержку национальных валют. Уже много лет говорится о необходимости создания альтернативной единой платежной системы. В 2022 году, когда Кыргызстан председательствовал в ЕАЭС, активно обсуждалась идея создания альтернативы SWIFT. Но разговоры идут, а реальных подвижек в этом направлении пока нет. Поэтому если для начала создать ее подобие хотя бы в рамках нашего Евразийского экономического союза, то, наверное, дальше будет проще реализовывать подобные механизмы уже в более широких форматах ШОС и БРИКС, — добавила Н. Крек.

В свою очередь старший научный сотрудник ИСАП при КРСУ ПАВЕЛ ВОРОБЬЕВ отметил, что итоги саммитов ШОС и БРИКС наглядно показывают, какие вопросы интересуют страны, которые входят в данные объединения. И в первую очередь это вопросы экономики.

— Я хочу отметить, что ШОС первоначально создавалась для решения совсем других проблем. И за все это время, с 2001 года, организация прошла определенный и довольно успешный путь, трансформировавшись во что-то гораздо более крупное. Сегодня поднимаются вопросы, которые волнуют ведущих игроков — как региональных, так и мировых. Здесь уже озвучивались причины, почему это произошло. Речь идет о построении, если не новой, то какой-то параллельной экономической системы, в рамках которой страны смогут взаимодействовать между собой, не опасаясь, грубо говоря, санкций. Конечно, все это сделать сложно, потому что Бреттон-Вудская система работает с 1944 года и на данный момент охватывает практически весь мировой экономический порядок. ШОС существует всего 25 лет, и все это, прежде всего, перспектива. То, что в ближайшее время эти вопросы поднимаются, означает, что они актуальны и действительно волнуют страны-участницы. И, соответственно, надо немного подождать. То, что эти вопросы поднимаются и прямо озвучиваются, — это первый шаг к тому, чтобы реализовать все эти идеи. И, конечно, взаимодействие таких крупных стран в рамках ШОС и БРИКС идет только в плюс, в том числе и для Кыргызстана. Мы находимся, так сказать, в одной экономической, политической и региональной орбите, и от этого никуда не денемся. Поэтому все решения, которые будут приниматься в рамках ШОС и БРИКС, где-то прямо, где-то косвенно, конечно, будут отражаться и на нас, — подчеркнул эксперт.

На признаки того, что Шанхайская организация сотрудничества все больше обретает конкретные черты, обратил внимание системный аналитик в области геоэкологии, геосоциологии, геоэкономики и геополитики БАКТЫБЕК САИПБАЕВ.

— Сейчас ШОС, во многом благодаря инициативам Китая, все больше сосредотачивается на формировании транспортных коридоров и налаживании экономического сотрудничества в рамках концепции «Один пояс — один путь». К этому, естественно, присоединилась Россия, которая заявила, что ее интересы также сопрягаются с интересами Китая. Но Россию в первую очередь интересует транспортный коридор «Север — Юг», в то время как Китай заинтересован в транспортном коридоре с Востока на Запад. Все это взаимно дополняется, однако вызывает большое недовольство, прежде всего, со стороны США. Штаты стремятся вступить в эту большую геополитическую игру. Дело в том, что и Китай, и Россия могут поддержать Иран в противостоянии с США через Северный Иран и Каспийское море. Естественно, это очень не нравится, прежде всего, США и в меньшей степени Европейскому союзу. Поэтому на это важно обращать внимание, — поделился мнением эксперт.

Вместе с тем он подчеркнул, что создание банка в рамках ШОС приобретает все больший смысл для окончательного формирования системы взаиморасчетов в национальных валютах между странами-участницами организации.

— Это, естественно, тоже не нравится Вашингтону, поскольку речь фактически идет о том, что страны шанхайского сотрудничества будут все меньше зависеть от доллара в своих взаимных экономических расчетах, — пояснил аналитик.

Что касается БРИКС, то это пока по-прежнему своего рода клуб по интересам, уверен Б. Саипбаев. По его словам, страны организации прежде всего объединяет стремление в меньшей степени зависеть от Соединенных Штатов и минимизировать различные санкционные риски, поскольку Трамп может довольно легко раздавать санкции направо и налево.

— Поэтому в рамках этой тенденции — формирования транспортных коридоров, налаживания экономического сотрудничества, развития взаиморасчетов в национальных валютах и усиления вопросов международной безопасности — все больше возрастает роль все-таки ШОС. Хотя БРИКС тоже начинает обретать определенную форму. Но это процесс не быстрый. Сам факт, что БРИКС выпустил единое коммюнике, — уже большое дело, потому что многие на Западе надеялись, что организация так и не сможет принять общий итоговый документ. Тем не менее, это удалось сделать. Кстати, в этом документе вообще не упоминается вопрос конфликта России и Украины, что, в общем, для России, конечно, очень хорошо.

БРИКС, конечно, будет сосредотачивать внимание и на проблеме Ближнего Востока, потому что мы все видим, что там резко усиливается напряженность. Такие варианты, как повторная война США и Израиля с Ираном, никуда не исчезают. Существует риск того, что Иран может воевать со странами Персидского залива, с арабскими странами. Активно в игру может вступить Турция, и даже может возникнуть конфликт между Израилем и Турцией — это тоже нельзя исключать. Поэтому нам всем надо, как говорится, держать руку на пульсе. Мы увидим, как все это будет развиваться буквально в ближайшее время. Насколько национальные валюты будут все больше участвовать в экономическом обмене, как будет укрепляться банковский сектор как внутри ШОС, так и внутри БРИКС — все это мы увидим на фоне развивающихся геополитических кризисов. И, конечно, наш регион Центральной Азии — причем я в это понятие включаю и Афганистан — также будет играть очень важную роль.
Банковский сектор, финансовые механизмы, инвестиции нужны, в первую очередь для того, чтобы наладить поставку и переработку ресурсов. Сейчас идет борьба за ресурсы, за реальный сектор экономики, и финансовый сектор должен в этом процессе участвовать. Вот, собственно, и вся нынешняя ситуация. Фактически мы сейчас стоим на большой развилке, и события ближайших месяцев, наверное, покажут, в какую сторону склонится геополитический маятник. Но нельзя исключать ни возникновения новых конфликтов, ни усиления существующих. Все это будет происходить на наших глазах. Мы переживаем очень интересный исторический этап в развитии мирового устройства и мировой экономики, — подытожил Б. Саипбаев.

Для Центральной Азии развитие расчетов в национальных валютах, расширение торгово-инвестиционного сотрудничества в рамках ШОС и БРИКС, а также создание альтернативных финансовых и платежных механизмов создают как новые возможности, так и необходимость выстраивать взвешенную экономическую политику. Расширение взаимодействия со странами ШОС и БРИКС может способствовать привлечению инвестиций, развитию транспортно-логистической инфраструктуры, расширению рынков сбыта и укреплению региональной торговли. Вместе с тем финансово-экономическая автономия стран ЦА будет зависеть от способности диверсифицировать партнерства, развивать собственные финансовые институты и платежную инфраструктуру, а также сохранять баланс интересов во взаимодействии с различными центрами мировой экономики.

Автор: Ирина Гасникова
Источник и фото: ЦЭИ «Ой Ордо»